В этом смысле идея жертвенности, предполагаемая человеческой духовной жизнью в любых ее проявлениях, именно в «поле» искусства обретает необходимую энергию, находит экзистенциальное подтверждение, доступное для каждого на материале его собственного внутреннего опыта.

Вот этот-то общий колорит добровольной жертвенности, сознательно-чувственного изживания онтологических упований, составляющих привычный горизонт субъективной человеческой жизни, преломляясь в конкретном содержании художественно-образных систем и обогащаясь при этом множеством самых разнообразных оттенков, и порождает тот «предпосылочный» трагизм художественного мироотношения, о котором у нас идет речь. Этот трагизм не исключает ни конечной эмоциональной просветленности искусства, ни его оптимистической настроенности; в то же время и сам он в настоящем искусстве неискореним. Порой лишь едва ощутимо напоминая о себе, в жизнь и творчество некоторых художников он вторгается властно и судьбоносно. Его излучают музыка Н. Паганини, живопись Ван Гога, поэзия М. Цветаевой, песни В. Высоцкого. Сама судьба этих и близких им по духу художников как бы формирует культурную парадигму самопожертвовання, вплоть до полного самосожжения искусством - парадигму, принципиально важную для человеческой духовности в целом, задающую некий предельный масштаб и в понимании гражданских, нравственных, патриотических обязанностей личности.

Рассмотренная специфика художественного мироотношения находит выражение и в трагической амбивалентности самого идеала Красоты в глубоком его понимании, о котором у Достоевского неспроста сказано, что «красота есть не только страшная, но и таинственная вещь», согласно же первой «Луинской элегии» Р. М. Рильке, «с красоты начинается ужас». Естественно, что этой напряженной противоречивости мы не найдем в обычных эстетических (не художественных и не реально жизненных) представлениях о прекрасном. Естественно также и то, что с точки зрения утратившей подход к человеческой индивидуальности «бюрократии духа» упомянутые чисто эстетические представления о прекрасном именно благодаря своей мироотношенческой нейтральности куда более приемлемы и удобны.



© 2008 Все права защищены psychotema.ru