Каждая из этих интенций - это не только (и не столько) сознательно «исповедуемая» программа жизни индивида, но и реально воплощающийся способ его бытия, объективная определенность его жизнедеятельности, пронизывающая все формы его жизненной активности: социальную активность, труд, общение, быт, досуг, внутренний мир и т. д. Вполне понятно, что подобные «оппозиционные» типы мироотношенческих качеств каждой конкретной личности, независимо от ее социальной принадлежности, не являются альтернативой друг для друга, а сосуществуют в ее структуре как взаимообусловливаемые моменты целостного утверждения человека как социально-культурного существа. Однако функциональная специфика групповых типов жизнедеятельности в системе культуры задает преобладание и преимущественное развитие одного из них у всегда социально закрепленных агентов той или иной функции.

В соответствии с той или иной преобладающей направленностью мироотношения индивида определяется и характер его эстетического развития и соответственно его соотнесенность с тем или иным типом эстетического субъекта.

И здесь особенно значимой становится социальная ситуация развития, в контексте которой реализуется данный тип мироотношения. Каждая социальная общность отличается особым типом взаимоотношений между ее членами. В этих отношениях и проявляется присущая для нее специфичность, воспринимаемая «изнутри» общности как самодостаточная данность, выступающая объективным критерием самоопределения и самоднфференцпаини от других общностей. Эта специфичность сказывается на всех факторах, влияющих на эстетическое развитие индивида - на смысловую «сверхзадачу» игровой деятельности, обучения, трудовой активности, на структуру семейных ролей, продолжительность периода детства, ценностную доминанту межличностного общения, характер духовного и материального потребления, на сознательные установки эстетического и художественного воспитания и т. д.



© 2008 Все права защищены psychotema.ru